Почти волшебница…

Почти волшебница Так характеризуют Наталью Романько её коллеги – «следователи» в белых халатах (Медицинская газета № 17 (7442), 07.03.2014 г.)

Добро и зло, правда и ложь, свет и тьма… Эти параллели-антагонисты сопровождают нас с самого раннего детства, когда родители, няни или воспитатели читали нам волшебные сказки. Тогда же (пускай на наивном уровне) впервые подступались мы к философскому и даже метафизическому постижению природы таких явлений, как жизнь и смерть. Обогащаясь с годами багажом знаний, обретая опыт, удесятеряя навыки, тем не менее до конца своих дней в осознании смысла жизни и тайны смерти подавляющее большинство людей остаётся на всё том же примитивном уровне.

А вот врачи так или иначе связаны с ними. Наиболее близко – судебно-медицинские эксперты, которых порой именуют не иначе как «следователями» в белых халатах. Взаимодействуя с другими службами посредством организации и производства судебно-медицинской экспертизы, они обеспечивают исполнение полномочий судов, органов дознания, следователей.

Несмотря на это, в представлении многих коллег работа этих специалистов кажется малопривлекательной. Врачи других специальностей к суд-медэкспертам раньше относились немного снисходительно. Кстати, до сих пор случаются курьёзы. Порой организаторы здравоохранения, направляют рассылку главным врачам ЛПУ, а попутно шлют письма и начальникам бюро СМЭ, требуя отчитаться о койко-днях…

Лишь некоторые студенты видят в кропотливом труде танатологов элементы романтики и полагают, что принадлежность к касте «почти волшебников» – это признание коллег и безграничное уважение со стороны сотрудников полиции, следователей, дознавателей органов юстиции, которым помогли раскрыть очередной «висяк».

– Как прежде относились к нашей службе? – задаётся вопросом заместитель начальника Бюро судебно-медицинской экспертизы Московской области по экспертной работе кандидат медицинских наук Наталья Романько. – Вспоминали о нашем существовании только тогда, когда случалась какая-то чрезвычайная ситуация с массовой гибелью людей. Да и финансирование велось по остаточному принципу. Сейчас, правда, ситуация меняется, с этим навели порядок. О нас начали узнавать. Теперь к нам обращаются так, как мы заслуживаем, то есть как к профессионалам. Это мы доказали коллегам».

А вот у обывателей восприятие службы до сих пор не всегда адекватное. Сформировалось оно по вине СМИ. В тех же фильмах рисуют картинки о циничных судмедэкспер-тах, которые обитают в каких-то подвальных помещениях, ходят в грязных, окровавленных халатах, с бычком во рту, сквернословят. А ещё от них обязательно разит водочным, скорее даже спиртовым перегаром. Причём выпивают и едят они тут же, прямо над трупом.

Черепки – черепа…

Желание посвятить себя суд-медэкспертизе родилось у Натальи Александровны в медицинском вузе. А вот истоки, побудительный момент она, по зрелом размышлении, отыскала в прошлом. Ну как тут не подключить дедушку Зигмунда Фрейда? Докопалась-таки, вспомнила, как ещё в 4-м классе, оставшись одна дома во время болезни, смотрела по телевидению научно-популярные и образовательные программы. Внимание привлекли передачи об археологических раскопках, в ходе которых учёные извлекали из очередного культурного слоя какие-то черепки. Это заинтриговало, она даже почувствовала, что начала выздоравливать. Тогда ещё не понимала, что же ей больше интересно – черепки или черепа… Захватило, что из старины, из глубокой тайны можно добыть такие следы материальной культуры, по которым впоследствии восстановить целостную картину.

И уже обучаясь на медико-профилактическом факультете Первого Меда почувствовала настоятельное тяготение начать заниматься черепками – черепами… Кстати, ей пришлось побороться, ведь с медпрофа не брали в судебную медицину, поскольку факультет-то не лечебный. Но она добилась. На 3-м курсе познакомилась с преподавателями, которые и увлекли своей специальностью. Начала посещать кружок по судебной медицине – раз, другой, и с тех пор уже не мыслила себя вне этой увлекательной профессии, которая открывает новые горизонты для научных исследований, аналитической деятельности и… творчества.

А ведь могла бы навсегда обойти её стороной, поскольку путь в медицину Натальи Александровны был неблизким. По окончании 8-го класса за компанию с сестрой поступила в медучилище и стала медсестрой широкого профиля. Отработала год по специальности. Предложили стать старшей медсестрой отделения, но она решила, а почему не врачом? И подала заявление в Первый Мед, куда поступила с первого раза. Раздумывала – выбрать стоматологию или медпроф. Остановилась на втором. «Вот ещё, – сказала себе, – всю жизнь в чужих гнилых зубах копать-ся…». Медпроф представляла себе так – лаборатории, белые халаты, стерильная чистота… Почти волшебница Наши коллеги Работала на кафедре старшим лаборантом, потом ассистентом. После родов, находясь в декретном отпуске, не могла сидеть дома. Как только ребёнку исполнилось 8 месяцев, в составе оперативно-следственной группы начала выезжать на места происшествий. Такова её натура. Возможно, сказались сибирские корни, ведь род Усольцевых по линии отца, что исстари селился в Мамонтовском районе Алтайского края, – основательный, авторитетный. Проявился и стержень отца, лётчика ВВС. Хотя дочерей он окружил любовью, воспитывал в них характер. Может, потому Наталья любит охоту и рыбалку, увлекается стрельбой и такими экстремальными видами спорта, как горные лыжи.

«Спецназ» службы

Был в биографии нашей героини ещё случай – встреча с подругой, которая пригласила в медико-криминалистический отдел Московского областного бюро СМЭ. С тех пор медицинскую криминалистику, пользуясь терминологией силови-ков, считает этаким спецназом. Из всех значимых подразделений, что расположились на территории МОНИКИ им. М.Ф. Владимир-ского – судебно-гистологического отдела, судебно-химического, судебно-биологического с молекулярно-генетической лабораторией – именно медико-криминалистический
наиболее мощный и значимый. Ему Наталья Александровна отдала большую часть своей профессиональной жизни и гордится своей принадлежностью к этому элитному подразделению. «Медицинские криминалисты, – считает она, – схожи с ВДВ в армии, это наша элита. Поскольку нас очень мало, все мы, можно сказать, товар штучный. И хотя каждое из наших подразделений архиважное и достойное, тот же химический отдел, который считается лучшим не только на территории России, но на всём постсоветском пространстве, медицинская криминалистика – вне конкуренции! Начиная с оснащения, заканчивая умами, которые здесь сосредоточены. В последнее время благодаря новому оборудованию, новым технологиям и методикам мы достигли таких успехов, наши возможности столь расширились, что о нас говорят почти как о волшебниках. Нам удаётся решать даже те загадки, которые в прежние времена считались безнадёжными. Но при этом, несмотря на данные лабораторных исследований и иную информацию, в нашем деле не обойтись не только без прочных знаний, опыта, навыков, а ещё – без интуиции».

Наиболее рутинная работа у медицинских криминалистов – переломы, раны, которые они исследуют под стереомикроскопом. Подобно следователям уделяют внимание каждой детали. При этом в работе находят поэтическое начало. Например, когда в бюро приходят студенты, Н. Романько советует им рассмотреть под микроскопом свой палец. И они удивляются – ах, какие узоры…

Деятельность судмедэксперта – это по большому счёту решение задачи с множеством неизвестных. Даже по скудным разрозненным костным останкам удаётся определить пол, возраст, рост, расовую принадлежность, а также характер травмы, механизм образования повреждений, а порой и время, место, причину смерти и т.д. Проведя сложную и кропотливую работу над черепом, можно составить словесный портрет или сделать графическую реконструкцию прижизненного облика. Здесь на помощь медикам приходят современные подходы. Аппаратурой служба сегодня оснащена чуть ли не на мировом уровне. По сей день в службе используется созданный под руководством доктора медицинских наук Сергея Абрамова и внедрённый в практику судебно-медицинских учреждений страны уникальный аппаратно-программный комплекс трёхмерного моделирования черепа для целей краниофациальной идентификации методом компьютерного совмещения (так называемый чёрный ящик). Свой научно-практический вклад в развитие специальности вносит и Н. Романько, предложившая в кандидатской диссертации новые подходы в краниофациальной идентификации личности. Теперь за опытом к ним едут со всей страны и из ближнего зарубежья.

На новый уровень

Работая заместителем начальника бюро, Наталья Александровна совмещает организационную и практическую работу, продолжает проводить экспертизу, поскольку понимает, что профессионалу нельзя терять навыков. Правда, теперь перед нею всё больше стоят задачи иного уровня. Мыслить приходится масштабнее, не замыкаясь только на привычном деле. Она курирует лабораторную службу бюро, занимается подготовкой конференций, издательской, образовательной и другими видами деятельности.

И в любых ситуациях старается быть собой. Наталья Александровна всегда коммуникабельна, открыта, кажется, умеет подобрать ключик к сердцу каждого. Среди её друзей и знакомых – обычные люди, именитые профессора, представители артистической профессии, люди духовного сана… С годами, говорит, всё чаще задумывается о метафизическом, о том, сколь хрупок наш мир и человек в нём. Стремится заглянуть в человеческую душу, чтобы больше понять себя и других. В этом помогает чтение житий святых. В кабинете Н. Романько есть фото её семьи со Святейшим Патриархом Кириллом, познакомившись с которым, она была потрясена масштабом его личности.

Она не отгораживается от чужой боли и старается поддержать человека, который обращается с проблемами. Судмедэкспертиза – это же ещё и общение с живыми. В бюро постоянно бывают потерпевшие, проходящие экспертизу телесных повреждений, и они вправе рассчитывать на комфортные условия. В настоящее время администрация бюро и часть экспертных подразделений располагается в тесном арендуемом помещении старого здания в районе Перово. Вот почему одну из основных задач она как организатор здравоохранения вместе с начальником Бюро СМЭ Московской области профессором Владимиром Клевно видит в скорейшем возведении нового здания, в котором комфортно разместятся подразделения службы и где будет удобно посетителям. Предполагается дальнейшая компьютеризация службы, оснащение новейшей аппаратурой, расширение применяемых медицинских технологий, привлечение высококлассных специалистов. Есть и масса других задумок, которые позволят службе быть конкурентоспособной на мировом уровне.

Говорят, профессия налагает свой отпечаток на человека, в медицине – особенно. Это запечатлено в фольклоре, в частности, в многочисленных байках, достаточно вспомнить хотя бы анекдоты о психиатрах. Только вот о Наталье Александровне этого не скажешь. Право, никак её, женственную, доброжелательную, весёлую, интересующуюся всеми красками жизни – музыкой, театром, литературой, путешествиями, любящую общение с людьми и природойне вместить в прокрустово ложе клишированных представлений о судмедэкспертах. Являясь представителем профессии, непосредственно связанной со смертью, всем своим неуёмным темпераментом, яркостью, активностью она выступает апологетом жизни.


Александр ИВАНОВ, обозреватель «МГ».

Вложения:
Скачать файл (2014 17.pdf)2014 17.pdf[Почти волшебница Так характеризуют Наталью Романько её коллеги – «следователи» в белых халатах (Медицинская газета № 17 (7442), 07.03.2014 г.)]864 Kb

Телефон гоpячeй линии только по вопросам выплаты заработной платы: +7 (495) 306–68–12, +7 (495) 306–86–42

Cреднемесячная заработная плата за отчетный период (2016 год):

Хроника